Неточные совпадения
—
Человек, родом — немец,
обучает русских патриотизму.
— А ведь согласитесь, Самгин, что такие пр-рямолинейные
люди, как наш общий знакомый Поярков, обучаются и
обучают именно вражде к миру культурному, а? — спросил Тагильский, выливая в стакан Клима остатки вина и глядя в лицо его с улыбочкой вызывающей.
— Не знаю, чему и кого
обучает Поярков, — очень сухо сказал Самгин. — Но мне кажется, что в культурном мире слишком много… странных
людей, существование которых свидетельствует, что мир этот — нездоров.
Цыфиркин. Да кое-как, ваше благородие! Малу толику арихметике маракую, так питаюсь в городе около приказных служителей у счетных дел. Не всякому открыл Господь науку: так кто сам не смыслит, меня нанимает то счетец поверить, то итоги подвести. Тем и питаюсь; праздно жить не люблю. На досуге ребят
обучаю. Вот и у их благородия с парнем третий год над ломаными бьемся, да что-то плохо клеятся; ну, и то правда,
человек на
человека не приходит.
Ремесло цирульника считалось самым пустым из всех, которым помещичье досужество
обучало дворовых для домашнего обихода. Цирульники, ходившие по оброку, очень редко оказывались исправными плательщиками. Это были
люди, с юных лет испорченные легким трудом и балагурством с посетителями цирулен; поэтому большинство их почти постоянно слонялось по Москве без мест.
Разговорился он с Сережей, и вспало на мысль ему, что из засыпкина сына может он сделать знаменитого
человека, другого Ломоносова — стоит только наукам его
обучить.
Жестокости всех революций — только следствие жестокостей правителей. Революционеры понятливые ученики. Никогда свежим
людям не могла бы прийти дикая мысль о том, что одни
люди могут и имеют право силою устраивать жизнь других
людей, если бы все властвующие
люди, все правители не
обучали бы этому народы.
Завод у нас был отдельно, конюшни — отдельно, и мы, конюшенные
люди, до завода не касались, а получали оттуда готовых воспитомков и
обучали их.
— Нет, батюшка, извините меня, старика, а скажу я вам по-солдатски! — решительным тоном завершил Петр Петрович. — Дело это я почитаю, ровно царскую службу мою, святым делом, и взялся я за него, на старости лет, с молитвой да с Божьим благословением, так уж дьявола-то тешить этим делом мне не приходится. Я, сударь мой, хочу
обучать ребят, чтоб они были добрыми христианами да честными русскими
людьми. Мне за них отчет Богу давать придется; так уж не смущайте вы нашего дела!
Впрочем, Анцыфров правил где-то, с грехом пополам, корректуру, хотя сам и не особенно силен был по части орфографии, а Малгоржан нашел себе «урок»,
обучать по-русски какого-то восточного
человека из «восточных конвойных князей», который, кроме платы, угощал его еще и шашлык-кебабом.
В назначенный срок их собирают, сгоняют, как скотину, в одно место и начинают
обучать солдатским приемам и учениям.
Обучают их этому такие же, как они, но только раньше, года два-три назад, обманутые и одичалые
люди. Средства обучения: обманы, одурение, пинки, водка. И не проходит года, как душевноздоровые, умные, добрые ребята, становятся такими же дикими существами, как и их учителя.
Для покорения христианству диких народов, которые нас не трогают и на угнетение которых мы ничем не вызваны, мы, вместо того чтобы прежде всего оставить их в покое, а в случае необходимости или желания сближения с ними воздействовать на них только христианским к ним отношением, христианским учением, доказанным истинными христианскими делами терпения, смирения, воздержания, чистоты, братства, любви, мы, вместо этого, начинаем с того, что, устраивая среди них новые рынки для нашей торговли, имеющие целью одну нашу выгоду, захватываем их землю, т. е. грабим их, продаем им вино, табак, опиум, т. е. развращаем их и устанавливаем среди них наши порядки,
обучаем их насилию и всем приемам его, т. е. следованию одному животному закону борьбы, ниже которого не может спуститься
человек, делаем всё то, что нужно для того, чтобы скрыть от них всё, что есть в нас христианского.
— Это ты не гоноши… Я — русак. В деревне родился… стало, нечего меня русскому-то духу
обучать… А вы очень не тянитесь… за барами, которые… кричат-то много… Он, говорит, западник… Мы не того направления. Вы оба о том лучше думайте, чтоб кур не смешить да стоящим
людям поперек дороги не становиться, так-то!
Разбранив сперва дядю за то, что ему нет дела до образования дворовых
людей, он решил немедленно
обучать бедного мальчика нравственности, хорошим манерам и французскому языку.
Не меньшее горе испытал я с игрою на фортепьяно, которой отец положил
обучать меня, соображая, что в каждом значительном доме, куда молодому
человеку интересно будет войти, есть фортепьяно.
Всякий настоящий гувернер-француз стремился бы внушать детям свои мнения и заводить какие-нибудь свои правила и порядки, а в этом они с княгинею не поладили бы. Но все-таки Gigot, каков он ни был, не разрешал собою вопроса о воспитателе. Княгиня все-таки искала
человека, который мог бы один и воспитывать и
обучить ее сыновей всему, что нужно знать образованным
людям: но где было найти такого
человека? — вот задача!
Будзилович в Оршанский уезд прибыл в апреле, представился местной полиции под именем русского офицера, предъявил билет и стал разъезжать по помещикам, везде
обучал молодых
людей строю, желая составить образцовый отряд, в пример всей имеющейся собраться шайки.
Эта травля
людей медведями происходила под звуки музыки гудошников и накрачеев, которых особый певчий-дьяк
обучал брать отменные лады. Иоанн любил слышать мусикийское согласие, как и столповое пение в храме.
— Мало им, что
люди в этой саже живут и слепнут, — они еще хотят
обучить их пить ее с водкою! Это преступление!
То жребий ей пророчил славный,
То старину припоминал, —
Кто в древни веки ею правил,
Как
люди в ней живали встарь,
Как
обучил, вознес, прославил
Ее тот мудрый государь,
Кому в царях никто не равен,
Кто до скончанья мира славен
И свят: Великого Петра
Он звал отцом России новой,
Он видел след руки Петровой
В основе каждого добра.
— Остался после дочери моей родной, — продолжала старушка, — словно ненаглядный брильянт для нас; думали, утехой да радостью будет в нашем одиночестве да старости;
обучали как дворянского сына; отпустили в Москву по торговой части к
людям, кажется, хорошим.
Сел я за столик. Задумался. Перво-наперво, как я
человек военный, об войске подумал. Срок службы решил вдвое урезать. В четыре года перебежкам да бегу на месте и верблюда
обучить можно, — а русский солдат не идеот вяленый, и двух лет ему с горбушкой хватит… Пусть за сбавку службы население пополняют да землю пашут, чем зря казенными подметками хлопать.